Ожидания от ставки. Почему развивающиеся страны зависят от текущего состояния экономики США

События на мировых финансовых рынках продолжают подтверждать, что развивающиеся страны зависят от текущего состояния экономики США. Зависимость передается через американскую ФРС, и в этом отношении Россия входит в число лидеров.

События 3 июня наглядно показали зависимость развивающихся стран от ФРС и в целом от экономики США. В этот день статистики объявили, что в мае в США было создано всего 38 тыс. новых рабочих мест — самый низкий показатель с посткризисного 2010 года. Главным показателем состояния американской экономики является не сам по себе рост ВВП, а состояние рынка труда (неслучайно в официальную задачу ФРС входят одновременно борьба с ростом потребительских цен и стимулирование роста занятости). В первом квартале темпы роста ВВП снизились до 0,8% в годовом исчислении, но число занятых продолжало увеличиваться на 250 тыс. человек в месяц.

На объявление о снижении числа новых рабочих мест в США немедленно отреагировали развивающиеся страны. Доходность государственных облигаций этих стран снизилась (чем ниже доходность, тем выше спрос на эти облигации). В наибольшей степени снижение коснулось Турции и Бразилии (см. график). За ними идут Россия, Южная Африка и Таиланд. В наименьшей степени на события 3 июня отреагировали Индия и Китай (доходность облигаций последнего вовсе не изменилась).

То же самое случилось с курсами валют. Лидерами стали южноафриканский ранд (подорожание за день на 3%) и российский рубль (на 2%). Турецкая лира и бразильский реал к концу 3 июня подорожали на 1,5%. Курс мексиканского песо и индийской рупии вырос крайне незначительно, а курс юаня совсем не вырос (в данном случае потому, что курс китайской валюты является фиксированным).

Влияние данных о занятости в США на развивающиеся страны объясняется тем, что мировые финансовые рынки сочли, что на заседании ФРС 15 июня процентная ставка в США теперь уж точно не будет повышена (и она действительно повышена не была). До этого рынки предполагали, что ставка может быть повышена, капитал из развивающихся стран устремится в США, это ослабит валюты развивающихся стран и снизит спрос на их гособлигации, вызвав тем самым рост их доходности — с помощью этого роста власти будут стараться хоть как-то сдержать отток иностранных и местных инвесторов. В результате обнародования данных о занятости и вывода о том, что ФРС не повысит ставку, 3 июня курс доллара на мировом валютном рынке упал.

Таким образом, лишний раз подтвердилось, что даже ожидания повышения или неповышения процентной ставки в США влияют на финансовые рынки по всему миру. В частности потому, что центральные банки других стран считают необходимым учитывать действия ФРС в своей денежной политике. С другой стороны, ФРС в своих решениях также вынуждена учитывать состояние мировой экономики.

Между тем в еврозоне дела с экономическим ростом обстоят так, что 8 июня ЕЦБ объявил: для стимулирования экономического роста и борьбы с дефляцией он переходит ко второму этапу своей политики количественного смягчения — начинает покупать облигации корпораций за свеженапечатанные евро. До сих пор ЕЦБ покупал в месяц на €8 млрд гособлигаций и бумаг, обеспеченных недвижимостью (в основном гособлигаций, которых ЕЦБ уже купил на €800 млрд). Теперь ЕЦБ собирается покупать облигации европейских корпораций, имеющих высокий инвестиционный рейтинг и не являющихся банками,— и может покупать таких облигаций на €5-7 млрд в месяц. Учитывая искусственный спрос со стороны ЕЦБ, доходность таких облигаций немедленно упала ниже 1% годовых.

Говоря о зависимости развивающихся стран от текущего состояния экономики США, всегда можно вспомнить о 1997 годе. В отчете за этот год американская ФРС описала свою денежную политику следующим образом: «Обстановка, в которой прошел 1997 год, требовала от ФРС быть особенно внимательной к возможности ускорения инфляции. Когда год только начинался, на рынке труда уже было не так уж много свободной рабочей силы и номинальная зарплата начала расти быстрее, чем раньше. Большой потребительский спрос вел к темпам экономического роста, уже превышающим производственный потенциал. Быстрый рост потребительских расходов в начале года вызвал у ФРС беспокойство, что нагрузка на производственные мощности вызовет рост издержек и цен, который в конечном итоге помешает дальнейшему увеличению производства. Финансовый рынок, очевидно, разделял это беспокойство: процент по долгосрочным и среднесрочным кредитам начал расти уже в декабре 1996 года, предвосхищая действия ФРС. И в марте 1997-го ФРС несколько ужесточила свою денежную политику, подняв процентную ставку с 5,25% годовых до 5,5%».

В связи с повышением процентной ставки ФРС США капитал из развивающихся стран устремился на американский финансовый рынок. В мае 1997 года в Таиланде западные инвесторы, а также предприятия и банки начали срочно продавать баты и покупать доллары. Пытаясь сбить панические настроения, Банк Таиланда потратил из своих резервов $8,7 млрд, повысил процентную ставку с 12% до 18% и ввел ограничения на получение кредитов теми иностранцами, которые могли купить на них доллары. Но панику сбить не удалось, и, чтобы сберечь остатки своих резервов, 2 июля 1997 года Таиланд отказался от фиксированного курса бата — бат за день подешевел по отношению к доллару на 17%. 11 июля от фиксированного курса песо отказались Филиппины, 18 июля от фиксированного курса ринггита отказалась Малайзия, 21 июля от фиксированного курса рупии отказалась Индонезия. В итоге к октябрю 1997 года курс индонезийской рупии упал на 45%, тайского бата — на 34%, малазийского ринггита — на 26%, филиппинского песо — на 25%. А в августе 1998 года валютный кризис разразился и в России, которая тоже имела фиксированный курс национальной валюты, упавший в несколько раз. И все из-за того, что в начале 1997 года на рынке труда США было не так уж много свободных рабочих мест и номинальная зарплата стала расти быстрее, чем раньше.

Между тем, несмотря на показатели занятости, сейчас экономика США развивается не так уж плохо. ФРС, не повысив ставку 15 июня, одновременно отметила, что темпы роста американского ВВП в нынешнем году составят 2%, а в 2017 году — еще 2%, что по меркам индустриальных стран является очень хорошим результатом (и резко контрастирует с экономическим спадом в таких развивающихся странах, как Россия и Бразилия). За неплохими показателями американского экономического роста стоит увеличение потребительского спроса (в прошлом году он вырос на 3%). Индекс потребительского доверия к экономике даже выше того показателя, который в среднем наблюдался во время быстрого экономического роста в США в 2003-2007 годах. За ростом спроса стоит увеличение средней зарплаты: в начале 2015 года темпы увеличения этой зарплаты составляли 2% в годовом исчислении, а сейчас — 2,5%. Это может побудить ФРС все-таки повысить ставку (тем более что глава ФРС Джанет Йеллен 15 июня не исключила, что в нынешнем году ставка будет повышена дважды), что может, в свою очередь, повлиять на финансовые рынки развивающихся стран.

Источник: Коммерсантъ